Если вы захотели увидеть, как менялась жизнь французских парфюмеров с 16 до 20 столетие, то непременно посетите замок Шамроль, который был возведен в XVI веке. Он располагается в долине Луары примерно в 100 километрах южнее Парижа.
Каждая из комнат замка посвящена некоему веку и представляет собой помещение, где созидали парфюмеры на протяжении 16-20 веков.
В помещениях можно видеть необычные шкатулки, в которых странники привозили до того времени неизвестные травы, ароматические шарики, висящие у потолка, и сухие сборы в пыльных и темных комнатах, где окна всегда были закрыты, чтобы внутрь не могла пробраться чума.
А еще, в замке можно увидеть собрание рекламных плакатов парфюмерии, оригинальный орган, «играющий» 270 эфирными маслами и человеком сотворенными составляющими, или побродить по темным помещениям, лишь немного освещенным малочисленным светом, где хранятся тысячи бутылочек винтажных запахов старинных марок.
Вокруг замка имеется сад, в коем имеются жимолость, виноград, розы, лаванда, всякие лечебные травы и многие другие растения, издавна служившие палитрой для парфюмеров.
– А как же вы сами, согласны в этом со Спенсером? – спросил Левин.
Но в глазах Свияжского мелькнуло выражение испуга, и он, улыбаясь, сказал:
– Нет, эта крикса превосходна! Неужели вы сами слышали?
Левин видел, что так и не найдет он связи жизни этого человека с его мыслями. Очевидно, ему совершенно было все равно, к чему приведет его рассуждение; ему нужен был только процесс рассуждения. И ему неприятно было, когда процесс рассуждения заводил его в тупой переулок. Этого только он не любил и избегал, переводя разговор на что-нибудь приятно-веселое.
Все впечатления этого дня, начиная с впечатления мужика на половине дороги, которое служило как бы основным базисом всех нынешних впечатлений и мыслей, сильно взволновали Левина. Этот милый Свияжский, держащий при себе мысли только для общественного употребления и, очевидно, имеющий другие какие-то, тайные для Левина, основы жизни, и вместе с тем он с толпой, имя которой легион, руководящий общественным мнением чуждыми ему мыслями; этот озлобленный помещик, совершенно правый в своих рассуждениях, вымученных жизнью, но неправый своим озлоблением к целому классу, и самому лучшему классу России; собственное недовольство своею деятельностью и смутная надежда найти поправку всему этому – все это сливалось в чувство внутренней тревоги и ожидание близкого разрешения.
Оставшись в отведенной комнате, лежа на пружинном тюфяке, подкидывавшем неожиданно при каждом движении его руки и ноги, Левин долго не спал. Ни один разговор со Свияжским, хотя и много умного было сказано им, не интересовал Левина; но доводы помещика требовали обсуждения. Левин невольно вспомнил все его слова и поправлял в своем воображении то, что он отвечал ему.
«Да, я должен был сказать ему: вы говорите, что хозяйство наше нейдет потому, что мужик ненавидит все усовершенствования и что их надо вводить властью; но если бы хозяйство совсем не шло без этих усовершенствований, вы бы были правы; но оно идет, и идет только там где рабочий действует сообразно с своими привычками, как у старика на половине дороги. Ваше и наше общее недовольство хозяйством доказывает, что виноваты мы или рабочие. Мы давно уже ломим по-своему, по-европейски, не спрашиваясь о свойствах рабочей силы. Попробуем признать рабочую силу не идеальною рабочею силой, а русским мужиком с его инстинктами и будем устраивать сообразно с этим хозяйство. Представьте себе, – должен бы я был сказать ему, – что у вас хозяйство ведется, как у старика, что вы нашли средство заинтересовывать рабочих в успехе работы и нашли ту же середину в усовершенствованиях, которую они признают, – и вы, не истощая почвы, получите вдвое, втрое против прежнего. Разделите пополам, отдайте половину рабочей силе; та разность, которая вам останется, будет больше, и рабочей силе достанется больше. А чтобы сделать это, надо спустить уровень хозяйства и заинтересовать рабочих в успехе хозяйства. Как это сделать – это вопрос подробностей, но несомненно, что это возможно.
0uqkjdy
Увольнение судьи по правилам и без. Основные игроки рынка розничного кредитования стали лидерами просрочки. Кризис – это «идеальный шторм».
Если вы захотели увидеть, как менялась жизнь французских парфюмеров с 16 до 20 столетие, то непременно посетите замок Шамроль, который был возведен в XVI веке. Он располагается в долине Луары примерно в 100 километрах южнее Парижа. 
