О Бирме

Госдарство Мньянма начинается со столицы – Рангуна (Янгона). И первым пунктом промеж бирманских достопримечательностей считается очень большая башня Шведагон в Рангуне.

Это первый ориентир в этом городе – блестящую золотом крепость можно увидеть со всякой точки. Монумент окружается максимально возможным количеством мечетей, статуй, святилищ и павильонов. Швенагон считают колдовским местом исполнения желаний, таким же, как и невероятная статуя возлежащего Будды. Естественная необычность Рангуна – королевские озера Кандоджи и Инья, ровные и все поросшие лилиями и лотосами.
А из столицы Мньянмы отправляемся в Город призраков под названием Паган. Он был брошен в 13 веке, когда на его обитателей совершил набег Кублай Хан. С тех самых пор указанный городок необитаем, и по его улицам, минуя мечети и башни, гуляет недобрый ветер. Особенностью Пагана считают то, что тут ни одна крепость и ни один храм не повторяются в архитектурном смысле.

Вблизи от Пагана располагается гора с названием, неизменно порождающим улыбку у российских отдыхающих. Гора Попа и потухший вулкан, уже много столетий есть местом путешествий и молитв, так как считается, что здесь обитают духи.

А И Герцен Былое и думы (Часть 5)

Это было 21 января 1847 года.

С тех пор прошли семь лет27, и какие семь лет! В их числе 1848 и 1852.

Чего и чего не было в это время, и все рухнуло - общее и частное, европейская революция и домашний кров, свобода мира и личное счастье.

Камня на камне не осталось от прежней жизни, Тогда я был во всей силе развития, моя предшествовавшая жизнь дала мне залоги. Я смело шел от вас с опрометчивой самонадеянностью, с надменным доверием к жизни. Я торопился оторваться от маленькой кучки людей, тесно сжившихся, близко подошедших друг к другу, связанных глубокой любовью и общим горем. Меня манила даль, ширь, открытая борьба и вольная речь, я искал независимой арены, мне хотелось попробовать свои силы на воле...

Теперь я уже и не жду ничего, ничто после виденного и испытанного мною не удивит меня особенно и не обрадует глубоко: удивление и радость обузданы воспоминаниями былого, страхом будущего. Почти все стала мне безразлично, и я равно не желаю ни завтра умереть, ни очень долго жить; пускай себе конец придет так же случайно и бессмысленно, как начало.

А ведь я нашел все, чего искал, даже признание со стороны старого, себядовольного мира - да рядом с этим утрату всех верований, всех благ, предательство, коварные удары из-за угла и вообще такое нравственное растление, о котором вы не имеете и понятия.

Трудно, очень трудно мне начать эту часть рассказа; отступая от нее, я написал три предшествующие части, но, наконец, мы с нею лицом к лицу. В сторону слабость: кто мог пережить, тот должен иметь силу помнить.

С половины 1848 года мне нечего рассказывать, кроме мучительных испытаний, неотомщенных оскорблений, незаслуженных ударов. В памяти одни печальные образы, собственные и чужие ошибки - ошибки лиц, ошибки целых народов. Там, где была возможность спасения, там смерть переехала дорогу...

...Последними днями нашей жизни в Риме заключается светлая часть воспоминаний, начавшихся с дет(260)ского пробуждения мысли, с отроческого обручения на Воробьевых горах.