Александр Фомич Вельтман Приключения, почерпнутые из моря житейского
– Когда записали?
– А генерал-то проехал.
– Какой генерал? Никакого генерала не проезжало.
– Вот тебе раз! Не может быть! Что ты это говоришь! Куда ж он девался? Я – его камердинер… отстал… бричка сломалась генеральская; я тороплюсь догнать его… Тут нечего разговаривать!… Ступай!
– Нет, постой, я доложу дежурному.
– Я сам пойду к дежурному, – сказал Дмитрицкий, – посмотрю в книге; как это можно, чтоб генерал еще не проехал.
И Дмитрицкий, выскочив из повозки, пошел в караульню.
– Да я тебе говорю, что никакого генерала не проезжало! – твердил ефрейтор, следуя за ним.
– Позвольте, ваше благородие, взглянуть в книгу; вот, говорит, что не проезжал мой генерал, а я знаю, что проехал…
– Какой генерал? Как его зовут? – спросил писарь.
– Да вот, извольте посмотреть, вчера или сегодня, – продолжал Дмитрицкий, взяв книгу и просматривая фамилии проезжих. – Бричка сломалась, починили было, опять сломалась, принужден был нанять телегу, да такие лошаденки попались… л генералу что ж без меня делать… мундиры все со мной… я думаю, ждет не дождется… еще прибьет, что я замедлил.
– Да как фамилия твоего генерала? – спросил офицер.
– Ну, вот, вот; вот генерал от кавалерии… а тут говорят, что не проезжал. Я знаю, что проехал; вот, с будущим, а будущий-то я, его камердинер… Сделайте одолжение, ваше благородие, пожалуйте солдатика проводить меня к нему для удостоверения, что я действительно его камердинер.
– Это для чего?
– Меня не пропускают через заставу; а его превосходительство, верно, сказал на заставе, что я еду вслед за ним.
– Говорил генерал? – спросил офицер ефрейтора.
– А бог его знает; ведь не мы были, ваше благородие, в карауле; а при смене никто ничего не говорил.
– Так позвольте солдатика, ваше благородие; я же и не знаю, где генерал остановился.
– Можешь и сам отыскать; здесь караул не для рассылки.
– Нечего делать! прощайте, ваше благородие, – сказал Дмитрицкий, выходя. – Подавай тройку! – крикнул он извозчику.
0uqkjdy
Сергей Кириенко отчитался об успехах российских атомщиков. Нужно ли дарить «Лексус» детскому дому? Преемственность власти — залог продвижения вперед.
Язык твой — враг твой. Орудием зверского убийства стал Вечный огонь. Сергей Миронов: «Мы — партия, оппозиционная «Единой России». Москва перестала быть самым дорогостоящим для проживания городом. «Евросеть» сократила 30% офисного персонала. Опять милиционер сбил пешехода на «зебре». ХАМАС и ФАТХ могут жить в мире.